В ночь на 23 января жители крупнейшего казахстанского мегаполиса в полной мере ощутили «эффективность» расходования средств на предотвращение режима ЧС: алматинцев даже никто не оповестил о том, что будет землетрясение. Система оповещения о землетрясениях, к слову, стоила бюджету города более миллиарда тенге, однако ЧС-ники решили её в этот раз не использовать.

Между тем, разного рода чрезвычайные ситуации с каждым годом возникают в Казахстане все чаще. Дошло до того, что даже трубы, не видевшие ремонта десятки лет, в казахстанских посёлках стали экстренно менять, прикрываясь режимом ЧС. «Голос народа» решил узнать – сколько денег страна тратит на ликвидацию ЧС ежегодно и почему траты растут из года в год.

За распределение абсолютно всех государственных денег в стране отвечает министерство финансов. В это ведомство мы и направили запрос о том, сколько денег Казахстан тратит на ликвидацию разного рода катаклизмов.

Нам прислали отчет за последние пять лет, с разбивкой по годам и источникам финансирования.

Первое, что бросается в глаза, это многократный рост трат на ликвидацию ЧС в 2019 году по сравнению с 2018. Если в 2018 на все катаклизмы из всех источников было потрачено всего 9,3 млрд. тенге, то в 2019 году только местные бюджеты потратили на эти цели 5,5 млрд. тенге. Всего же из всех источников на ликвидацию последствий ЧС было направлено 62,2 млрд. тенге.

В тот год стране и впрямь было непросто: восточные и северные области весной страдали от паводков, потом и вовсе случилась трагедия в городе Арысь.

В 2020 году Казахстан, как и многие другие страны мира, объявил режим ЧС в связи с пандемией коронавируса.

Однако он, по данным Минфина, стоил нам дешевле, чем человеческая небрежность годом ранее в Туркестанской области. В 2020 году на режим ЧС было потрачено 54,2 млрд.тенге.

2021 год в плане катастроф выдался для Казахстана относительно спокойным. Были разрушительные для отдельных населённых пунктов ураганные ветра, лесные пожары, паводки, сели, засуха… Как по расписанию – ровно через два года после Арыси взорвались военные склады в Жамбылской области. Но, в масштабах республики, все ЧС были ликвидированы за вполне приемлемые суммы – 13,9 млрд. тенге в общем.

2022 год начался с Кантара, продолжился крупным пожаром в Аманкарагае, а закончился беспрецедентными авариями на теплосетях в Риддере и Экибастузе. Рекордный по катастрофам год потребовал и рекордных трат на их ликвидацию – 106,5 млрд. тенге.

Были ли достаточно хорошо усвоены уроки новейшей истории – неизвестно, однако в 2023 году казахстанские леса вновь загорелись. Пожары в Абайской области унесли жизни 15 человек. Также 2023 год не единожды огорчил погодой фермеров: в Жамбылской области был введен режим ЧС из-за засухи, а в северных зерносеющих областях аграрии до сих пор требуют ввода режима ЧС из-за осенних дождей, которые привели к прорастанию ещё неубранного зерна.

На ликвидацию всех ЧС в 2023 году было потрачено 51,4 млрд.тенге.

По данным МФ РК

Если суммировать все расходы на ликвидацию ЧС за 5 лет, выходит сумма в почти 300 млрд тенге.

Деньги очень внушительные. И, надо отметить, не все они шли на тушение пожаров или же срочный ремонт магистральных труб в момент аварии.

По тому же Экибастузу – практически вся замена тепловых сетей шла в режиме ЧС. «Голос народа» также писал о том, что режим ЧС объявлялся в 2023 году в Акмолинской области в связи с полным отсутствием питьевой воды в Егиндыкольском районе. И это – не единичный случай, когда чиновники пытаются отремонтировать в режиме ЧС то, что нуждалось в плановом ремонте либо же полной замене много лет назад.

Мы рассказывали о том, что в квартирах жителей Риддера даже после режима ЧС холодно, в Экибастузе не успели проложить трубы теплоснабжения до холодов, а в селах Егиндыкольского района так и нет воды.

«В режиме ЧС чиновники могут определять подрядчика для тех или ирных работ без конкурса. Если смотреть на ситуацию с точки зрения оперативности, то это, конечно, очень удобно. Но с точки зрения прозрачности, конечно, есть определенные вопросы», — говорит экономист Жанат Нургалиев.

Он много лет анализирует Республиканский и местные бюджеты, и отмечает: финансовые документы лишены прозрачности почти что полностью. В открытом доступе есть лишь суммы и операторы бюджетных программ. Если говорить, к примеру, о том же ЧС, то совершенно непонятно на что ориентироваться.

Есть бюджет министерства по ЧС, есть бюджеты департаментов. Однако какая часть выделенных средств и на что пойдет – неизвестно. Кроме того, есть резервы правительства и акиматов.

«В целом, расходы связанные с оперативным реагированием в рамках режима ЧС не имеют планового характера и соответственно не предусматриваются при формировании республиканского бюджета. Финансирование расходов, связанных с объявлением чрезвычайных ситуаций, предусмотренных постановлениями соответственно Правительства Республики Казахстан или местных исполнительных органов, осуществляется из резервов Правительства или местных исполнительных органов в соответствии с Бюджетным законодательством», — объяснили нам в Минфине.

При этом, как сообщили в ведомстве, в республиканском бюджете для ликвидации чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера на 2024 год заложено 3,5 млрд. тенге.

«Нам нужно как можно активнее и быстрее цифровизировать наше бюджетирование. Бюджетные заявки должны быть детализированными и в открытом доступе. Общественность и гражданские активисты должны знать о том, куда, кем и как тратится каждый бюджетный тенге. Причём в случае каких-то спорных ситуаций каждый желающий должен иметь возможность проверить архивные данные. Вот, к примеру, не сработала система оповещения о землетрясении в Алматы, которая только недавно была принята за 1,1 млрд. ЧС-ники объяснили это тем, что просто не включили её. Но я подозреваю, что просто нет интеграции всего оборудования. И вопросы к заказчику повисли в воздухе: как был принят этот проект? Он точно работает корректно?» — недоумевает Жанат Нургалиев.

В министерстве финансов нам сообщили, что контролируют целевое использование выделенных в рамках режима ЧС средств государственный аудит и финансовый контроль. Однако при этом добавили, что в 2018 – 2021 годах аудиторские мероприятия не проводились, в 2022 году проверены были Алматинская область и Шымкент, в 2023 году – Восточно-Казахстанская область.

Были ли выявлены нарушения – в ведомстве нам не сообщили.

Вместе с тем, Высшая аудиторская палата РК на аналогичный запрос редакции «Голос народа» ответила обещанием провести аудит МЧС в 2024 году. Что он выявит – пока неизвестно, но, как уверены общественники, для проверки есть все основания.